Мастер-класс Мохсена Махмальбафа «Как обойти цензуру и снять кино без денег»

Colta.ru публикует стенограмму мастер-класса иранского режиссёра Мохсена Махмальбафа (председателя жюри XXXV Московского кинофестиваля), который был организован издательством «НЛО», книжным магазином «Dodo Space» и порталом Colta.ru, и прошел 29 июня в летнем кинотеатре «Пионер». Темы, затронутые режиссёром в лекции, более подробно развиваются в книге «Кинодом Махмальбаф».

Мохсен Махмальбаф: «Не надо им платить!»
© dodo-space.ru

Сегодня я хочу поговорить о том, как снимать фильм вообще без бюджета. Говорить я буду конкретно о своем собственном опыте. До того как кино стало цифровым, было три пути поступления денег в кино. От государства, от инвесторов или просто от каких-то частных лиц в случае независимого кино. Если бы государство не поддерживало кино, мы, возможно, никогда бы не узнали о Тарковском, Параджанове, Эйзенштейне, без поддержки государства никогда бы не было Бергмана. Но с государственным финансированием всегда была проблема: государство стремится цензурировать кино. Проблема с частными инвесторами другая: они, конечно, ничего не цензурируют, но хотят, чтобы их деньги вернулись — и даже в большем количестве. Получается, что они хотят, чтобы я снимал не кино как искусство, а какой-то макдональдс для потребления, — и это проблема еще более сложная, чем государственная цензура. У независимого кино всегда были проблемы с бюджетом — ему все равно были нужны деньги, и немаленькие. Чтобы арендовать камеру, купить пленку, оплатить работу людей. Например, чтобы оплатить 35-миллиметровую пленку, нужно было потратить как минимум 100 тысяч долларов. 30 тысяч оператору, 30 тысяч на покупку аппаратуры, 10 тысяч — аренда машины, обеспечение еды, отелей для съемочной группы.

Конечно, можно было исхитриться. Однажды французские продюсеры давали нам денег на один фильм, а мы на них смогли снять целых два: «Тишину» и фильм Самиры (дочь Мохсена Махмальбафа. — Ред.) «Яблоко». До появления цифрового кино материалы для съемок (камера, пленка) весили около двух тонн. Освещение, камеры — вся аппаратура была очень тяжелая. А когда я работал над «Садовником», я снимал на цифровую камеру — и аппаратура весила всего 20 килограммов. И качество материала точно такое же.

Раньше в группе должно было быть хотя бы восемь человек — теперь я могу снять фильм с участием четырех. Раньше нужно было и время, и деньги, чтобы организовать и накормить всю съемочную группу. Нужен был большой ресторан. Теперь это вообще не занимает времени. Мы снимаем кино, а не едим!

После того как появились цифровые камеры, две вещи стали лучше, а две — хуже. Первое, что улучшилось, — это ситуация с цензурой. Теперь намного сложнее цензурировать фильм. Государство не знает, кто, где и что снимает. Четыре года назад в Иране после выборов прошла волна протестов, и моя дочь среди всего этого просто сняла фильм «Зеленые дни». Неплохой фильм можно снять и телефоном, кто может процензурировать человека с мобильником? Второе — финансовый вопрос. Сегодня сделать хороший фильм можно без денег.

А теперь плохие новости: в эпоху цифры стало сниматься очень много фильмов, большинство из них — отвратительны. 20 лет назад в мире снималось две тысячи фильмов в год. Около 100 были неплохими. Теперь в год снимается порядка 100 тысяч фильмов, может быть, 200 из них еще ничего. Качество и количество абсолютно не связаны между собой. Раньше кино снималось мало, но у него было много зрителей. Теперь фильмов больше, качество упало, количество зрителей — тоже. Почему так произошло? Раньше над фильмом работало очень много людей, и для съемок была масса времени. Государство помогало с одной стороны, техническая группа — с другой. Съемочная группа ведь состояла из двух подгрупп. Это непосредственно артисты и художники и техническая группа. Раньше могли существовать проблемы между артистами и технической группой, которая не разрешала им что-то делать, к примеру, снимать с какого-то угла. Но теперь таких споров становится все меньше, они не могут серьезно влиять на художественный процесс.

Мохсен Махмальбаф: «Не надо им платить!»
© dodo-space.ru

Фильмы снимаются очень быстро, и обычные люди стали режиссерами. Теперь работа настоящих художников, настоящих режиссеров стала сложной — их фильмы теряются в куче всех этих других, ужасных фильмов. Следующая проблема — это «Догма 95». Понятно, что Ларс фон Триер снял «Идиотов» — да, в общем, и «Рассекая волны» — в такой технике, но сам-то он не продолжил работать в этом духе. Понятно, что Триер старался разбить клише. Но сейчас этим способом пользуются какие-то непонятные люди, совсем не знающие кино. У них камера просто трясется и переходит с героя на героя, вообще непонятно, что происходит. Раньше у хорошего кино было много аспектов: режиссура, операторская работа, игра актеров. Все можно было рассмотреть. Сейчас же часто непонятно, что к чему. Например, в жюри ММКФ мы, обсуждая фильмы конкурса, пытаемся говорить об актерской игре. Часто это просто невозможно — режиссура и манера съемки просто не позволяли нам ее увидеть. Прежде, когда снималось кино, снималось много материала и при монтаже неудачные эпизоды удаляли, хорошие оставляли. Сейчас мне кажется, что все наоборот. Хорошее вырезается, а что-то непонятное остается. Многие современные фильмы как будто вытащили из мусорного бака. И философия, и красота исчезли из кино. Кажется, что камера попала в руки детей, которые просто с ней играют.

Но вернемся к нашей основной теме: как снять фильм без денег? Не стройте иллюзий: чтобы снять фильм без денег, требуется умственное напряжение. Вначале нужны хорошая идея и хороший сценарий, и только потом уже нужно думать, как обойтись без бюджета. Но у меня есть несколько советов.

Первый — уменьшить количество людей в съемочной группе. Один режиссер, один оператор, один звукооператор и один человек, который просто помогает. Когда количество людей в группе уменьшается, то расходы снижаются. Другое дело, что нужно найти именно тех людей, которые действительно любят кино и будут работать бесплатно. И хорошо бы, чтобы эти люди были взаимозаменяемы. Например, вы режиссируете, кто-то снимает, в другой раз вы — оператор, кто-то другой снимает. Так происходит в нашей семье. Например, я режиссирую, сын — оператор, дочь — ассистент режиссера. Или, например, я пишу сценарий, режиссером становится мой сын или моя дочь, а кто-то еще становится ассистентом. Мы абсолютно взаимозаменяемы. И денег это никаких не требует. Другое мое предложение — работать как можно больше с непрофессиональными актерами. В моих фильмах играли моя мама, моя бабушка, моя тетя, все мои соседи, мой друг, мама моего друга. Или просто студенты, любители театра и кино. Не надо им платить!

Другое мое предложение: снимать в своем собственном городе, чтобы вся съемочная группа могла спать у себя дома и не нужно было платить за отель. Чтобы завтракать и ужинать все могли дома. Еду для перекуса готовьте сами и приносите на съемки. Приезжайте на съемки на метро.

Теперь — о проблеме массовки. Можно вообще не тратить денег на массовку, а найти шумную улицу и тайно, спрятав камеру, снимать там — даже основные сцены. И еще важный совет: используйте внешние события. Вот три примера, когда я сам так делал. В прошлом году я снял один фильм в Лондоне, там была церемония в честь шестидесятилетия английской королевы. Была прогулка на корабле по Темзе. Собралось около миллиона людей. Я пошел туда с двумя актерами — и мы снимали там, среди всего этого шума. Второй пример: я снимал фильм на юге Италии, в небольшом городе, где живет три с половиной тысячи человек. Там была религиозная процессия, во время которой мы снимали фильм. Мы просто туда пришли и использовали это событие.

Однажды я делал постпродакшн фильма в Южной Корее. Там я неожиданно начал делать документальный фильм об одном корейце. И, опять же, я использовал все, что происходило в то время в Сеуле.

Старайтесь не использовать отдельную звукозаписывающую систему, это дорого. Снимайте и записывайте все вместе. Используйте камеру, которая записывает звук. Например, Sony — стоит около двух тысяч. В «Садовнике», в моем последнем фильме, у меня была совсем недорогая камера, которая вполне сносно записывала и звук. Используйте небольшой микрофон-петлю, звук будет хорошим для монтажа. Чтобы шум улицы не мешал диалогу, помогает как раз такой маленький микрофон. Старайтесь использовать две камеры одновременно — особенно во время съемок диалога, чтобы потом было проще монтировать «восьмерку».

Мохсен Махмальбаф: «Не надо им платить!»
© dodo-space.ru

Например, у вас съемка на улице, и вы прячете камеру. Герой идет по улице, к нему подбегает второй, который должен что-то сказать. С помощью одной камеры можно дать общий план улицы, а с помощь другой — крупный план героев. И это очень помогает при монтаже, потому что не нужно много резать. Сам режиссер может быть вторым оператором. Все это помогает уменьшить количество людей в группе. Бог с ним, со штативом, — снимайте просто с руки. Так будет удобнее снимать, вы станете динамичнее. Штатив, опять же, привлекает внимание. Просто не трясите камеру намеренно. Например, когда вы берете камеру в руку и снимаете, она становится как будто вашим глазом. Но когда вы начинаете трясти ее, то это уже не глаз, непонятно, что это. Ведь что хотел сказать фон Триер своей «Догмой»? Камера должна быть как глаз, она не должна быть статичной, она должна двигаться и следовать за героями. Но при этом он не хотел, чтобы все это закончилось тем, чем закончилось: все трясется, ничего не понятно. Мне кажется, что это если и глаз — то глаз пьяного, который не понимает, что происходит вокруг.

Теперь немного о некоторых аспектах операторской работы. Есть три вида плана. Например, можно поставить камеру высоко на ступеньках, и будет видно, что мы говорим, а вы слушаете. Будет общий план. Неопытные операторы и режиссеры чаще всего используют как раз общий план для фильма. Но на самом деле достаточно всего лишь дать его на несколько секунд, чтобы было понятно, что кто-то говорит и кто-то слушает. Есть средний план — например, близкая съемка меня, как я говорю. Слабые режиссеры часто используют этот план, показывая, как кто-то что-то долго говорит и делает. И третий план — крупный, им хорошо показывать, как люди реагируют на то, что, к примеру, говорит ваш персонаж. Сильные фильмы используют именно его. Представьте: мы поставили камеру высоко на ступени и в течение трех секунд снимаем общий план. Потом пять секунд снимаем только мою фигуру, как я говорю. И у нас есть еще две минуты. Я предпочитаю, чтобы эти две минуты снималась именно ваша реакция. Если я хочу показать, что герой говорит что-то важное, я выберу заинтересованные лица. Если я хочу показать, что герой говорит нечто незначительное, я покажу зевающие лица. Представьте: есть девушка и молодой человек, которые влюблены друг в друга. Вместо того чтобы снимать их издалека, я посажу их в этот зал, покажу их реакцию на мою речь, а потом уже — крупный план поцелуя. Мне кажется, что самое важное — это съемка реакции. Если сейчас сюда кто-то войдет, то гораздо важнее показать нашу реакцию на это, а не то, как этот человек входит, что он там делает, бежит он или бредет.

Я часто вижу в фильмах слабых режиссеров: вот кто-то входит в комнату с ружьем, и камера показывает его невероятно долго. Намного лучше показать все в другой последовательности: как кто-то, заметив этого героя с ружьем, испугался, куда-то убежал. А потом уже показать того, кого они боятся, — этого человека с ружьем. Чтобы показать красоту героини, можно показать красивую девушку, как она идет, как развеваются ее волосы. Но я бы снял по-другому. Как люди, занятые какой-то деятельностью, отрываются от работы и смотрят куда-то. И уже после этого я бы показал, на кого они смотрят. Если у вас в руке камера и вы что-то снимаете, не отрывайтесь от предмета ваших съемок — но смотрите и на реакцию. Мне кажется, что в современном цифровом кино важнее стал средний план — план действия. Режиссеры совсем не показывают реакцию...

Мохсен Махмальбаф: «Не надо им платить!»
© dodo-space.ru

Когда вы сняли свой фильм, не выпускайте его сразу в прокат. Сперва покажите его разным людям — пусть это будут и женщины, и мужчины, и дети, и молодые, и старые, и лучше даже, если они будут из разных стран. Не обижайтесь на критику, действительно слушайте, что вам говорят. И если все эти люди найдут какую-то общую проблему в фильме, согласитесь с ней и исправьте. Вообще я считаю, что далеко не каждый фильм должен выходить в прокат. Я слышал, что однажды Тарковский снял фильм практически на 90 процентов, но потом как-то передумал, ему не понравилось, и он бросил его. И фильм так и не был показан. Или Вуди Аллен — он работает так: снимает 90 процентов, потом монтирует, потом доснимает что-то еще и монтирует снова. Это делается для того, чтобы была возможность изменить сценарий. Вначале мы пишем что-то, потом снимаем, потом можем что-то дописать и еще доснять. Я сам как-то снимал фильм, монтировал его, потом решил, что нужно что-то дописать, дописал процентов десять фильма. И понял, насколько улучшился фильм из-за того, что я подождал.

Чтобы ваш фильм попал на фестиваль, не пренебрегайте ничем, отправляйте его на все фестивали в мире, какие только возможны. Сейчас не требуется денег, чтобы отправлять ваши картины на фестивали. Вы можете выложить свой фильм где-нибудь и дать организаторам пароли, чтобы они могли посмотреть все прямо в интернете.

Еще две очень важные вещи. Первая — это стиль. Если вы снимаете какую-то историю, старайтесь выбрать один стиль, чтобы от начала до конца он был гармоничен. Старайтесь сохранять цветовую гамму и т.д. на протяжении всего фильма. Например, в конкурсной программе на этом фестивале было множество фильмов, не способных нормально рассказать историю из-за множества других фильмов, которые их режиссеры пытались использовать в своем кино. Вторая — это звук. Звук, записываемый на площадке, — это одно, звук, который потом добавляется при монтаже, — совсем другое. Например, я снимаю крупный план какого-то человека, он смотрит куда-то вдаль, позади него — полностью серый фон. Этот план я снимаю где-то минуту. Потом, во время монтажа, я могу добавить шум моря или крики птиц. И тогда можно подумать, что этот человек смотрит вдаль на море, хотя я этого не показываю. Если я добавлю звуки леса, то можно подумать, что он смотрит в лес. Если я добавлю звук выстрела, то можно подумать, что он наблюдает за преступлением. Если на этот кадр наложить крики женщины, можно подумать, что это мужчина бьет жену.

Если нужен звук выстрела, то для этого лучше сначала снять план в абсолютной тишине, чтобы выстрел был более эффектным. Например, в некоторых фильмах вместо пары выстрелов слышны сотни, и ни один не работает. Но если создать пространство абсолютной тишины, то после этого и одного выстрела будет достаточно. Многие фильмы вообще используют слишком много закадровой музыки

И еще. Вы должны понимать, что сегодня можно снять десятки фильмов, но не будет ни денег, ни славы. Нет вообще такой двери, в которую можно войти и преуспеть в кино. Раньше такая дверь существовала, и там стоял охранник, который не разрешал входить кому попало. Но раньше кино было совсем другое, все, кто занимался кино, рано или поздно становились известными и успешными. Сейчас все не так. Сейчас и двери-то этой нет! Если ваша цель заработать, стать известным, то в 99 процентах из 100 ничего не получится. Так что смиритесь! Нужно заниматься кино, если у вас есть боль, о которой вы хотите рассказать, если у вас есть мечта что-то изменить. Это правильные цели. И вы можете преуспеть в них. Я хочу привести один пример.

В Иране около трех миллионов афганских беженцев. У них очень тяжелая жизнь и очень маленькая зарплата. Они делают самую черную работу, которую можно только представить. Во время правления талибов в Афганистане многие эмигрировали в Иран. 740 тысяч из этих трех миллионов — это маленькие дети. И им не разрешалось в Иране ходить в школу. В течение восьми лет с тех пор, как они эмигрировали и оказались в Иране, у них не было никакой возможности ходить в школу. Многие из них просто подходили к школе и смотрели — что там внутри? Я, моя жена и две дочери, то есть всего четыре человека, взяли небольшую камеру и в течение недели сняли об этом фильм — «Афганский алфавит». И тут мы эксплуатировали именно реакцию детей, показывали их желание пойти в школу. Мы также показывали обычную жизнь этих детей, которая выглядела как трагедия. Это было во время правления Хатами, тогда режим в Иране был более демократическим. Мы отнесли этот фильм ему, его министрам и показали еще в нескольких министерствах. Это стало известным событием. И благодаря фильму власти изменили закон. В один день полтора миллиона афганских детей смогли пойти в школу! Смотрите: всего неделю заняли съемки этого фильма, неделя монтажа, и бюджета не было никакого — мы потратили один символический доллар. Но это решило судьбу стольких людей! Если вы хотите изменить мир, это не требует денег. Если вы хотите стать известным, заработать, можете меня не слушать. Ну вот, я сказал все что хотел.

Стенограмму подготовил Василий Корецкий