КНИГИ
Просто я работаю волшебником

Brownie B., Graydon D. The Superhero Costume: Identity and Disguise in Fact and Fiction. Bloomsbury Academic, 2015. 192 pp.

 

«Хотя все мы ежедневно участвуем в конструировании своей идентичности посредством одежды, для супергероев такое конструирование приобретает экстремальную необходимость», — говорят авторы книги «Костюм супергероя: идентичность и переодевание в реальном и выдуманном мире». Действительно, костюм супергероя составляет практически всю его личность, а иногда и вовсе ее заменяет. С помощью костюма супергероя решается извечная оппозиция «быть — казаться». В случае геройского костюма эта удивительная двойственность выходит на качественно новый уровень: у супергероя нет первичной и вспомогательной личности — обе они неотъемлемые части его идентичности, что и доказывает важность одежды, в которой он предстает.

Авторы отмечают, что такой костюм, а особенно его подача зрителю или читателю, — признак твердой уверенности героя в том, кто он такой и зачем живет, — своеобразный абсолют идентичности. Столь яркая и недвусмысленная демонстрация костюма отрезает всякие пути к вариативности его толкований: «костюм — это демонстрация личной и идейной уникальности, настолько убедительная и бесспорная, что полностью исключает возможность высмеивания и не подвергается сомнению» (с. 2).

Обширное исследование Барбары Брауни и Денни Грейдна состоит их трех частей.

Часть первая — о зарождении супергероев и их особенностях как вида. По утверждению авторов, супергерои появляются в ответ на вызовы общества, когда нарастает напряжение или появляется реальная угроза: появлением Супермена, предтечи всех сверхлюдей, мы обязаны, если можно так выразиться, именно Второй мировой войне. Люди Х появились в 1960-е годы, когда ужасы войны остались позади, а на первый план вышли вопросы равноправия и гармоничного сосуществования в новом мире. Именно поэтому Люди Х стали более сложными в психологическом плане персонажами и обладали противоречивыми характерами — они не были призваны спасать человечество, а, наоборот, стали олицетворением новой угрозы, которую надо было разрешать.

При обсуждении выбора костюма на первый план выходит тема маскарада. Авторы приводят исследования карнавала XVIII века Терри Касла, который рассказывает, насколько популярно тогда было желание побывать «в чужой шкуре». Это явление довольно закономерно: в каждом из нас в разных пропорциях живет и условный доктор Дже-кил, и мистер Хайд, а еще со школьной скамьи мы помним, что в обществе являемся одновременно детьми, пациентами, зрителями и т.д. Смена масок и карнавал сопутствуют нам всю жизнь.

Говоря о костюме, исследователи, конечно, затрагивают и тему униформы. Эту мысль в своей работе развивал и Ф. Вельтциен. Согласно Вельтциену, костюм — это «расписка» в дополнительных полномочиях — применении силы, допуске в запрещенные места, ношении оружия, принятии непопулярных решений. Униформа накладывает очень много обязательств. Если ты надеваешь костюм, ты за него в ответе. «Одежда супергероя — это своего рода униформа, а человеку в форме позволено делать то, что другим не разрешается, например допрашивать, арестовывать определенных людей или даже стрелять в них» (Вельтциен 2008: 77).

Между тем Профессор Икс (Ксавье) вообще не носит униформу, используя классический прием дистанцирования от подчиненных. Юрий Лотман в своем исследовании о русской культуре описывает параллельную ситуацию: «Контраст между двором в Тюльери, генералитетом, на поле сражения разодетым в театрально-пышные мундиры, с одной стороны, и буднично одетым в рабочий мундир императором — с другой, сразу же выключал Наполеона из театрализованного пространства и подчеркивал, кто является актерами, а кто — режиссером этого огромного спектакля» (Лотман 2014: 245). Военачальнику, боссу, создателю в конце концов нет нужды наряжаться в яркие броские костюмы, ведь у него есть власть. По сходной логике Иосиф Сталин, например, никогда не изменял своему иконическому френчу. В новейшей истории акцент сместился — и отголоски френча можно заметить в черном свитере Стива Джобса — не просто босса, а творца будущего.

Здесь же авторы рассматривают и довольно сложную проблему перехода супергероя со страниц комикса на экраны. Чтобы супергерои не потеряли своей исключительности в «реальном» мире кино, их суперспособности и, в частности, костюм должны стать достаточно правдоподобными, что влечет за собой необходимость адаптироваться и подводить научную базу под их исключительные свойства. Это часто ведет к сотрудничеству художников по костюмам экранизаций с учеными, и часто супергерои действительно становятся первопроходцами в использовании настоящих технологий. В первой экранизации Супермена 1978 года художник по костюмам Ивонн Блейк одной из первых применила инновационный тогда материал лайкру, а костюм Железного Человека разрабатывался уже при поддержке и с применением разработок Пентагона.

Во второй части авторы рассматривают процесс взаимодействия супергероев с реальностью, как вымышленной, в которой герои существуют в свободное от подвигов время, так и настоящей. Здесь прежде всего стоит вопрос национальной принадлежности одежды супергероя, так как Супермен и Капитан Америка, в силу специфики своего появления, были одеты в костюмы цветов национального американского флага для поддержания патриотизма в неспокойное время.

Важна и специфика «светского костюма». Авторы здесь говорят о том, что костюм Кларка Кента выделяется своей повышенной «обычностью»: снимая яркое «оперение» суперчеловека, в сером костюме Кент невольно становится сродни конвенциональному спецагенту без отличительных признаков. А тот факт, что у него нет постоянного места жительства, родных и друзей, логично дополняет картину.

Люди Х, напротив, изначально позиционируются как люди, а не супергерои. Они находятся в центре споров о проблемах глобализации и поиске способов кооперирования граждан, разных по социальным, расовым, религиозным и прочим признакам. Это проблемы, которые не только не разрешаются, а, скорее, растут по мере развития мультикультурности и развития технологий. Частично поэтому Люди Х «в миру» одеваются как представители различных субкультур, начиная с модов или тедди-боев и заканчивая металлистами и эмо.

В конце второй главы Барбара Брауни и Дэнни Грейдон задаются вопросом: кто же все-таки супергерои — это «недолюди», люди-звери или все-таки суперлюди? Чем half-human отличается от superhuman?

Пытаясь ответить на этот вопрос, они обозначают две тенденции: уход супергероя в категорию технологичных существ и его ассоциирование с животным миром.

Костюм порой настолько неотрывно связан с супергероем, что может принимать его функции, как это происходит в случае Железного Человека. Здесь возникает проблема развития технологий, искусственного интеллекта и того, насколько он может доминировать над человеком в ближайшем будущем, возможно, полностью меняя его идентичность.

Другая сторона медали — это то, что мы можем сделать, если будем пренебрегать внутренними и внешними социальными ограничениями и вернемся в первобытное животное состояние.

На выходе обозначаются два страха: страх перед природой, которую человек так и не научился полностью контролировать, и полностью противоположный страх — потерять контроль над слишком умными машинами. Другими словами, побеждая природу, мы рискуем оказаться в ловушке продвинутых технологий.

Третья часть полностью посвящена модному и гендерному аспектам одежды супергероев.

Авторы сразу делают оговорку, что по большей части декоративные костюмы изменений не претерпевали, трансформации касались только функционирующих частей и женского костюма, который был более подвержен влиянию моды. Кроме того, по справедливому замечанию Шарля Бодлера, «каждой эпохе соответствует своя осанка, взгляд, движение», что придает и одежде «неповторимость и своеобразие» (Бодлер 1986). Другими словами, по прошествии времени пропорции и стан человека меняются, как меняются критерии оценки идеальной фигуры, и, конечно, для супергероя это учитывать жизненно необходимо.

Когда супергерои начали перемещаться на экран, помимо постоянного технического усовершенствования костюма, появилась необходимость задуматься и о его сексуальной привлекательности: во-первых, необходимо было удовлетворять вечный голливудский запрос на сексуальность, а во-вторых, сексуальный герой несомненно имел больше веса в глазах зрителей.

Отсюда вытекает закономерный аспект гендера, ведь среди супергероев немало женщин. Их изображение было во многом отлично от мужчин. С одной стороны — налицо объективация, ведь их костюмы отличались повышенной сексуальностью и совершенно определенно были нацелены на удовлетворение «мужского взгляда», но с другой — они оказались своего рода фетишем, поэтому в какой-то мере одежду суперженщин можно рассматривать как powerdressing, одежду с позиции власти.

При этом авторы приводят точку зрения некоторых исследователей, что обтягивающие костюмы мужчин могут провоцировать гомосексуальные фантазии. В противовес такой концепции при описании одежды супергероев Вельтциен проводит параллели с доспехами римских легионеров, которые в современном мире являются как раз символами классической неразбавленной мужественности.

Завершают свою работу Барбара Брауни и Дэнни Грейдон разделом, посвященным героям из реальной жизни, которые для достижения своих целей решают носить маски. Это своего рода мстители и борцы за справедливость, для которых маска становится и элементом, скрывающим их идентичность, и одновременно знаком их принадлежности к определенной группе, как, например, это было в случае с панк-группой PussyRiot.

Эта книга — путешествие в «платяной шкаф» супергероев, и хотя Нарнии за его дверями не оказывается, вместо нее мы открываем для себя целый словарь понятий и явлений, которыми окружен супергеройский костюм, ведь это визитная карточка, по которой супергероя должны узнать не просто в любом городе или стране, но и в любую эпоху. Костюм супергероя — как высокая мода, она подчиняется особым правилам и достается только избранным.

 

Литература

Бодлер 1986 — Бодлер Ш. Об искусстве. М.: Искусство, 1986. Вельтциен 2008 — Вельтциен Ф. Маски мужественности: переодевание в комиксах о супергероях // Теория моды: одежда, тело, культура. 2008. № 10. C. 65–90.

Лотман 2014 — Лотман Ю. Беседы о русской культуре: быт и традиции русского дворянства (XVIII — начало XIX века). СПб.: Азбука, 2014.