СОБЫТИЯ
Диор нового уровня

Christian Dior. Couturier du rêve. Музей декоративных искусств, Париж. 5 июля 2017 — 7 января 2018

В одном из видеороликов, которые вы увидите на выставке, креативный директор марки Dior Мария Грация Кьюри, говорит: «Я чувствую себя музейным хранителем, потому что Ив Сен-Лоран, Марк Боан, Джанфранко Ферре, Джон Гальяно и Раф Симонс, которые так долго трудились в стенах дома моды Dior, — это часть нашего общего культурного наследия. С другой стороны, у меня собственный взгляд на моду. Сегодня мода переписывает свою историю, меняет отношение к ней. Креативный директор должен быть креативным, несомненно, — ведь мода моментальна, мимолетна; но я считаю, что в то же самое время он должен смотреть на „момент“ максимально широко. Сегодня, когда мы говорим о моде, невозможно говорить только об одежде, — нужно говорить о женщине, о ее личности, о ее мироощущении. Вот почему я думаю, что язык моды изменился. Хотя, может быть, я так много думаю о женщинах просто потому, что я сама — одна из них. Я люблю моду. А когда вы любите моду, невозможно не любить ее историю. В определенном смысле, мода рассказывает нам о людях и поднимает тему времени. Вот что мне по-настоящему интересно. Никогда не думала, что моя первая коллекция прет-а-порте для Dior окажется в музее. Никогда в жизни не подумала бы, и это меня очень забавляет».

Взгляд Марии Грации Кьюри на то, что представляет собой бренд Dior в современном мире, разделяют кураторы выставки, историк моды Флоранс Мюллер и директор Музея декоративных искусств Оливье Габе. Подготовленная ими выставка под названием «Кристиан Диор. Дизайнер мечты» посвящена в первую очередь истории: истории формирования творческой личности; истории дома моды, разменявшего седьмой десяток после смерти своего основателя (1957); истории его работ; истории того, как модная индустрия развивалась в условиях глобализации.

Кристиан Диор был человеком, разгадавшим потребность послевоенной эпохи в обновлении; эта мысль передана и на уровне сценографии, и в названии выставки. На французском языке двусмысленно: это и кутюрье, о котором можно только мечтать (couturier des rêves), и тот, который заставит вас мечтать (couturier du rêve). Посещение выставки оставляет отчетливое впечатление того, что материя, с которой работает Диор, — это не ткань, а мысль, идея; воплощенная в реальность фантазия о том, кем может стать женщина, преобразившись.

Выставка построена по принципу тематических блоков, внутри которых соблюдена хронологическая логика. Туристов и завсегдатаев Музея декоративных искусств удивляет, что отведенные под выставку площади вдвое больше пространства, обычно занимаемого временными экспозициями. Это стало возможным за счет использования помещений главного корпуса. Там витрины, напоминающие иконостас, устремляются на десятки метров в высоту, а атмосферу лучше всего определить как торжественную и благоговейную. В этих залах представлено культовое направление дизайна одежды New Look. Крой и силуэт моделей нью-йоркского показа 1947 года совершили переворот в эстетике одежды и в текстильной отрасли. Расход ткани на юбку спортивного платья New Look — около 9 метров, повседневного — около 40 метров. Благодаря своему позитивному, окрыляющему взгляду на образ и одежду Диор вывел моду из депрессии, в которой она оказалась сразу после Второй мировой войны.

Посетитель выставки сначала погружается в атмосферу семейного поместья Диоров в Нормандии. Экспонаты, предоставленные домом-музеем Диора в Гранвиле, посвящены детским годам модельера. Тепло семейного круга воссоздано на уровне ощущений: приглушенный свет, завешанные фотокарточками стены. Выйдя из этого «кокона», посетитель оказывается в гулких просторных залах, залитых холодным светом. Так воссоздано пространство художественной галереи: ведь между 1928 и 1934 годами Кристиан Диор приобрел известность именно как знаток произведений искусства и совладелец галереи. В компании друзей Жака Бонжана и Пьера Коля он оказал немалое влияние на модернистские круги. Покинув «галерею», вы снова оказываетесь в домашней обстановке, на этот раз — дома на улице Монтень, где в начале 1940-х годов были открыты мастерские и салон. Вообще, первые залы позволяют многое узнать о Диоре через интерьеры, в которых он творил (поместье в Мили-ла-Форе), любил проводить время (салон в доме на улице Монтень), отдыхать (замок Коль Нуар); через его увлечения — ботаникой, современной живописью, эстетикой XVIII века; через людей, которые были с ним близки, — дружба с такими артистами, как Сальвадор Дали и Жан Кокто, оставила неизгладимый след на дизайнерском почерке Диора.

Все залы первой части выставки — до того как вы пересечете ось главного холла — объединены темой цвета и цветов. Эту идею красочной жизни и образа женщины-букета организаторы хотели подчеркнуть и через афишу выставки. На ней изображены семь моделей в однотонных платьях насыщенных цветов, в центре — знаменитый костюм с юбкой-венчиком и барным пиджаком: кремовый верх, черный низ. Тема цвета развита в разделе, представляющем мир ателье. Здесь все подчинено логике цветовой хроматической гаммы. Бесчисленные аксессуары и миниатюрные модели платьев располагаются таким образом, что доминирующий цвет постепенно, через полутона, уступает место следующему цвету.

Не говорил ли сам кутюрье о том, что, не считая женщин, цветы — самые прекрасные божественные творения? Один из залов называется «Сады Диора». Попав сюда из предыдущего сумрачного зала (текстиль боится света!), ощущаешь себя в настоящем райском саду: все кипенно белое, от пола до потолка, а сверху свешиваются густые бумажные ветви. Здесь организаторы выставки напоминают о том, какое огромное значение в жизни Диора, выросшего среди садов Гранвиля, играли ароматы. Великий дизайнер утверждал, что без духов образ не может считаться по-настоящему завершенным. В центре внимания в этом зале оказывается история духов Miss Dior. Название было найдено Мицей Брикар, которая отреагировала такой фразой на внезапное появление на совещании по выбору названия Катрин, любимой сестры Кристиана Диора: «А ну вот, это же Мисс Диор!» Что и говорить о линейке мужских ароматов, старящихся по законам, отличным от женских. Вам не приходилось встречать юных модников, благоухающих Fahrenheit, формулу которого создали задолго до их рождения (1988)?

Силуэт наряда представлялся Кристиану Диору подобием цветка. Революционный New Look — это изящно очерченный бюст, крутая линия бедер и четко обозначенная талия, дополнительно подчеркнутая пышной юбкой. Настоящий распустившийся бутон. А впрочем, отправной точкой конструирования туалета является не дизайнерская идея, а женская анатомия. «Искусство дизайнера заключается в возведении на этом фундаменте такой объемной структуры, которая подчеркнула бы естественные формы тела», — утверждал Диор. Силуэту посвящена экспозиция одного из последних залов. Его сценография обыгрывает тему модного показа, но делает это необычно. Пространство организовано таким образом, что вышагивающей по подиуму моделью является… посетитель выставки, тогда как манекены наблюдают за ним со зрительских мест. И вот эти платья — в которые всматривается зритель, поначалу не отдающий себе отчет в том, что наблюдают за ним, — представляют собой ретроспективу линий кроя: восьмерка, стрела, зигзаг, вертикаль, тюльпан, ландыш, буквой H, буквой Y, буквой А и, конечно, венчик (сorolle) — визитная карточка New Look. И вправду, если, по мысли Марии Грации Кьюри, мода запечатлевает мгновение, то его надо понимать именно как остановленное движение. «C’est quand même beaucoup plus joli porté», — рассуждает вслух одна из посетительниц. («Все-таки когда это носят — смотрится намного лучше»).

Живые манекенщицы на музейной выставке были бы просто неуместны; но мысль о человеческом присутствии, о женском теле с присущим ему шармом как составляющей бренда Dior организаторам была далеко не чужда. Например, вы встретите вышивальщицу, которая, отвечая на вопросы публики, продолжает работу над узором. Другой пример — манекены второй части выставки («Ретроспектива 1957–2007»). Их стилизованные «прически» не одинаковы, но проработаны в определенном стиле в зависимости от того, какой женский образ создавался очередным креативным директором Dior. Наконец, в зале «Бал» на пьедестал, в прямом и переносном смысле, вознесены те прекрасные дамы, которые выбирали произведения Диора, блистая на красных дорожках Канн и великосветских раутах. Звезды кино — от Авы Гарднер, Мерилин Монро, Элизабет Тейлор, Брижит Бардо, Софи Лорен, Моники Белуччи до Шарлиз Терон, Николь Кидман, Дженифер Лоуренс, Эммы Уотсон, Марион Котийар, а также августейшие особы — герцогиня виндзорская, принцесса Маргарет, княгиня Монако Грейс Келли — оказываются причастны к созданию мифа о Dior. Например, модель сумочки, преподнесенной первой леди Франции Бернадетт Ширак принцессе Диане во время официального визита в Париж, прозорливые бренд-менеджеры переименовали в Lady Dior.

Почему знакомство с действительно огромной выставкой проходит динамично? Потому что в последовательности залов, витрин, экспонатов заложена интрига. Посетитель застигнут врасплох новой атмосферой, царящей в очередном зале, а в то же время он сосредоточен. Ему словно задан вопрос о том, что изменилось в стиле дизайнеров дома Dior в сравнении с основателем марки. Как Ив Сен-Лоран, Марк Боан, Джанфранко Ферре, Джон Гальяно и Раф Симонс остаются верны себе и одновременно выступают «музейными хранителями» наследия Кристиана Диора?

Созерцая, изучая, приобретая вещи от Dior, мы становимся причастны к тому культу, верховной жрицей которого называет себя Мария Грация Кьюри. Поистине, она и ее предшественники перешли на следующую стадию рефлексии по отношению к творчеству Кристиана Диора. Современный Dior — это уже традиции определенного отношения к традициям.